Е.Ю.Томша, Э.А.Томша

Как и зачем искажает реальность
сказочник1 Алексей Бондаренко

 

Может лишь показаться тем, кто не знает данных обстоятельств, что измышление клеветы значительно, впрочем, клевета и надеется всегда действовать на умы неподготовленные или уже заражённые злобою. Всякий же, кто устремляется или чистотою духа своего, или добросовестным знанием действительности, тот сразу усмотрит грубые и духовно нищенские выдумки.



Н.К.Рерих Клевета

 

Перед нами текст Открытого письма директора Санкт-Петербургского государственного Музея-института семьи Рерихов А.А.Бондаренко Министру культуры Российской Федерации В.Р.Мединскому2 , в котором он просит обеспечить передачу государству всего наследия, что по смыслу означает отобрать у общественного Музея им.Н.К.Рериха в Москве принадлежащее Музею на основе воли дарителя, Святослава Рериха, наследие семьи Рерихов. Для тех, кто давно изучает рериховское наследие, и следит за тем, как сложно разворачивается история взаимоотношений общественного Музея им.Н.К.Рериха и Минкультуры РФ, такое выступление А.А.Бондаренко не удивительно, скорее даже, предсказуемо. Уход из жизни Л.В.Шапошниковой, Генерального директора общественного Музея им.Н.К.Рериха, доверенного лица С.Н.Рериха и главного исполнителя его воли, отстаивавшей наследие Рерихов и Музей свыше 20 лет, начиная с его создания, неминуемо должен был вызвать усиление нападок со стороны Министерства культуры и подведомственных ему учреждений, наподобие Санкт-Петербургского государственного музея-института семьи Рерихов. А вот любого не посвященного в детали, но здравомыслящего человека, ситуация может шокировать. Потому что суть ее в следующем: не имеющий никаких прав на хранящееся в общественном Музее имени Н.К.Рериха в Москве наследие А.Бондаренко от лица невнятно упоминаемой общественности просит своего начальника, Министра культуры, забрать то, на что и у Министра никаких юридических прав нет. И в своем многословном обосновании этой странной просьбы Алексей Анатольевич не останавливается ни перед чем: его письмо содержит и подтасовку фактов, и некомпетентные заявления, и грубые оскорбления в адрес сотрудников общественного Музея им Н.К.Рериха и их многочисленных сторонников как в России, так и за рубежом. 

Искажение истины и манипулирование фактами с целью представить не выгодную для себя информацию в нужном свете уже широко и печально известная особенность стиля г-на Бондаренко и возглавляемого им Музея-института. Ярким примером служит история с выбором здания для музея в Санкт-Петербурге, городе, где родился Н.К.Рерих. Из предложенных вариантов А.А.Бондаренко выбрал особняк на берегу Невы, некогда принадлежавший М.П.Боткину тому самому Боткину, ярому врагу Н.К.Рериха (см.статьи Николая Константиновича Враги, Учеба, Академия художеств). Михаил Петрович Боткин, страстный коллекционер, был известен благодаря своей богатейшей коллекции, а также неимоверной хитрости и беспринципности, с помощью которых он ее собирал. Странный выбор вызвал недоумение и протест в рериховских кругах неужели в Санкт-Петербурге, на родине великого художника, нельзя было найти более достойного места для музея Рериха, чем бывший дом Боткина? И тут ярко проявилась невероятная преемственность. С чисто боткинской изобретательностью новые хозяева особняка стали объяснять удивленным посетителям, что здание имеет прямое историческое отношение к Николаю Константиновичу, так как он его неоднократно посещал (с этим трудно поспорить, по долгу службы, приходилось). Дальше больше: сотрудники Музея-института развивают тему, что нельзя так долго вместе работать и быть врагами, ловко подбирают пару цитат Боткина, назвавшего на старости лет Николая Константиновича своим другом, и волшебное превращение происходит. М.П.Боткин по версии сотрудников Музея-института становится другом Н.К.Рериха. Наверное, по мнению А.А.Бондаренко, именно так должно осуществляться подлинное научное изучение и освоение и грамотное музейное представление, которые он прославляет в своем письме как достижения исключительно государственных музеев. 

Но вернемся к письму. Искажения в нем хитро вплетены в правдоподобный контекст. Так, описывая ситуацию с наследием, находящемся в московской квартире Ю.Н.Рериха, А.А.Бондаренко лицемерно укоряет советские госорганы, оказавшиеся не на высоте за невнимание к сохранению наследия Ю.Н.Рериха. Но основные эпизоды трагической истории разбазаривания культурных ценностей из московской квартиры относятся к 1993-2004 гг., после ухода из жизни С.Н.Рериха, и это уже при равнодушном попустительстве нынешних (к коим относится и Министерство культуры РФ, о котором г-н Бондаренко почему-то не упоминает), а не советских властей! Лишь Международный Центр Рерихов бил в тревожный набат, активно пытаясь привлечь внимание государства и общественности к вопиющей ситуации с наследием. Серьезное документальное исследование трагической судьбы части рериховского наследия, привезенного на Родину Ю.Н.Рерихом, досконально изложено в книге Д.Ревякина Гибнущее наследие3 . 

Но факты мало беспокоят А.А.Бондаренко. Он позволяет себе проводить аналогию между московской квартирой Ю.Н.Рериха, при попустительстве властей оккупированной случайными людьми, и созданным на законных основаниях, в полном соответствии с волеизъявлением С.Н.Рериха и законами нашего государства общественным Музеем имени Н.К.Рериха Международного Центра Рерихов широко известной не только в стране, но и во многих странах мира общественной организации, чья культурная и миротворческая деятельность получила международное признание! Воистину, это потеря не только духовно-нравственных ориентиров, но и простой человеческой порядочности. 

Изо всех сил стараясь очернить сотрудников общественного Музея имени Н.К.Рериха, А.А.Бондаренко позволяет себе оскорбительные и не имеющие никаких оснований упреки в утратах под шумок. Репутация Международного Центра Рерихов и общественного Музея имени Н.К.Рериха в вопросах сохранения наследия безупречна, но как с горечью писал о деятелях, подобных Бондаренко, сам Н.К.Рерих: Наличность наилучших достижений нисколько не смущает клеветника, он ведь в существе своём безнадёжен и, в безнадёжности своей заведомо действуя против очевидности, он попросту пытается бросать в пространство отрицательные заклинания. Стоит напомнить А.А.Бондаренко факты: пропажу 6 из 288 картин из коллекции, незаконно удерживаемой Государственным музеем Востока (Москва), которая и является во многом причиной активной нелюбви Министерства культуры РФ к наследникам Святослава Рериха Международному Центру Рерихов, а также широко известное увеличение коллекции общественного Музея имени Н.К.Рериха за счет картин, приобретенных для него меценатом Музея, Б.И.Булочником. За годы существования общественного музея его коллекция не только не утратила ни единой единицы хранения, но и была преумножена бескорыстными ценителями творчества художника, истинными подвижниками культуры. 

В своем письме А.А.Бондаренко рассыпает комплименты государственной музейной системе России, показавшей свою эффективность, надежность, устойчивость, и требует вывести из тени на свет деятельность общественного Музея имени Н.К.Рериха. Все с точностью до наоборот! За годы своего существования Музей имени Н.К.Рериха принял столько государственных проверок, что хватило бы на десятки государственных музеев, и все их прошел с честью, иначе был бы давно закрыт. А вот добиться открытой проверки коллекции картин Н.К.Рериха и С.Н.Рериха, находящихся в Государственном музее Востока общественности и МЦР так и не удалось за долгие годы. Не помогали никакие обращения сохранность и численность коллекции до сих пор остается тайной!4 

Что касается эффективности работы государственных музеев, то и в этом аспекте трудно согласиться с г-ном Бондаренко. Если сравнить количество изданных каталогов, книг, посвященных Н.К.Рериху, научных конференций, передвижных выставок, проведенных за годы работы с коллекциями общественным Музеем имени Н.К.Рериха и государственными музеями, такими как ГТГ, ГРМ, Государственный музей Востока результат будет очевиден. Обладая сокровищами рериховского наследия, государственные музеи предпочитают держать картины в запасниках, лишь изредка, чаще всего, в целях коммерческой выгоды, устраивая временные выставки работ Н.К.Рериха и С.Н.Рериха, зная их огромную популярность. 

Качество отношения государственных служащих к нашим великим соотечественникам также вызывает недоумение, а порой и возмущение. Сотрудник ГМВ г-н Россов защищает скандально известную диссертацию, представляющую выдающегося общественного деятеля, миротворца, великого художника, гуманиста, философа в неприглядном облике политического авантюриста, что вызывает взрыв негодования в культурных и научных культурных кругах не только России, но и многих других стран. На сайте ВТБ появляется статья, посвященная выставке картин Н.К.Рериха в Государственном Русском музее, написанная в недопустимом неуважительном тоне.5 ВТБ является спонсором выставки, и ГРМ никак не вступается за честь великого художника, позволяя такой публикации появиться, и до сих пор украшать собой интернет. Подобных фактов можно приводить множество. А г-н Бондаренко упрекает МЦР в том, что его деятельность бросает незаслуженную тень на великие имена. Да, приходится признать, у культурной общественности и государственных наемных служащих очень разные представления о качестве работы с наследием, о чести и достоинстве великих имен, и о том, что следует защищать.

Сейчас перед культурным сообществом нашей страны остро стоит проблема сохранения части рериховского наследия, оказавшегося в распоряжении Международного центра Рерихов после того, как СФР был лишен возможности исполнять свои функции - цитата взята полностью из письма А.А.Бондаренко, но особенно интересные фрагменты мы выделяем. Хочется спросить А.А.Бондаренко, в каком историческом времени он находится? СФР был преобразован в МЦР не сейчас, а в 1991 году. Все эти годы музей успешно работал, как работает и в настоящее время. 

Что же руководит действиями директора Музея-института, что заставляет его лукавить и клеветать? Ответ очевиден. Достаточно взглянуть на Государственный музей-институт семьи Рерихов в Санкт-Петербурге и общественный Музей имени Н.К.Рериха в Москве, и сравнить их. Музей-институт семьи Рерихов создан на основе Мемориального собрания семьи Митусовых, которое А.А.Бондаренко для основательности называет наследием. При всем глубоком уважении к Л.С.Митусовой, следует признать, что сохраненное в семье родственников наследие весьма скромно, и не имеет большой художественной или исторической ценности. В основном, это личные вещи членов семьи Рерихов периода их проживания в Петербурге. Безусловно, за несколько лет работы Музей-институт расширил коллекцию, приобрел несколько картин Н.К.Рериха у частных коллекционеров, и ныне ее составляют 15 000 единиц хранения. Следует заметить, что далеко не все они связаны с наследием семьи Рерихов. И это не сопоставимо с ценностью наследия, хранящегося в общественном Музее имени Н.К.Рериха в Москве. Ранее переданные, с условием постоянного экспонирования, Юрием Рерихом советскому государству картины надежно хранятся в запасниках Государственной Третьяковской галереи, Государственного музея Востока, Государственного Русского музея, музеях Новосибирска и Нижнего Новгорода. Музей-институт может получить от них несколько работ для проведения временных выставок, но это не удовлетворяет амбиции А.А.Бондаренко. Возможно, поэтому и мечтает он обеспечить передачу государству наследия, в надежде получить за свое содействие по развалу общественного Музея весомое вознаграждение в виде части наследия, принадлежащего ныне общественному Музею имени Н.К.Рериха. 

Подведем итоги. Реальность такова: С.Н.Рерих передает принадлежащую ему часть имущества семьи Рерихов из Индии на Родину, с условием создания общественного музея. На общественном статусе музея особенно настаивал инициатор его создания, так как и он, и его старший брат Юрий Николаевич к тому времени имели большой и горький опыт общения с чиновниками советского государства, и знали цену их обещаний. Происходившие в стране демократические изменения сделали передачу наследия на предложенных С.Н.Рерихом М.С.Горбачеву условиях возможной. Создается Советский Фонд Рерихов общественная организация, задачей которой является создание Музея Н.К.Рериха. В своем письме А.А.Бондаренко использует в отношении Фонда скользкую формулировку: СФР был лишен возможности исполнять свои функции. На самом деле, не стало государства СССР, и не могла сохраняться советская форма организации. В соответствии с существовавшим тогда законодательством, общественная организация СФР была преобразована в Международный Центр Рерихов. Алексею Анатольевичу стоило внимательнее изучить этот вопрос: по закону до 31.12.1991 г. всем ранее созданным общественным организациям надо было пройти регистрацию в Минюсте. Для этого решением правления СФР 20.09.1991 г. специально созванная конференция внесла соответствующие изменения и дополнения в устав СФР. Так произошло преобразование СФР в МЦР6 . Изменение названия, изменение формы но полное сохранение сути и преемственности. Что и подтверждают письма и запечатленные на видео выступления С.Н.Рериха, которых не хотят ни видеть, ни слышать как Министерство культуры РФ, так и их представители. Для создания общественного Музея имени Н.К.Рериха государство передает общественной организации историческую усадьбу Лопухиных, находящуюся в полуразрушенном аварийном состоянии. Международный Центр Рерихов, при поддержке меценатов, без какой-либо финансовой помощи со стороны государства, восстанавливает усадьбу из руин и создает прекрасный, высоко профессиональный музей, ведущий активную и плодотворную работу по многим направлениям. Общественный Музей имени Н.К.Рериха это явление в истории современной России, которым по праву страна могла бы гордиться. Но вместо заслуженного уважения и поддержки со стороны государства, Музей имеет непрекращающиеся нападки со стороны чиновников Министерства культуры. 

В своем письме А.А.Бондаренко призывает не морочить людям головы сказками об общественном музее. Музей имени Н.К.Рериха в Москве это не сказка, а реальность, это живое воплощение заветов С.Н.Рериха. А страшные выдумки сказочника А.А.Бондаренко пугают лишь его все большей потерей контакта с действительностью. 

Необходимо вернуть г-на Бондаренко в реальность и еще раз посоветовать внимательно прочитать статью С.Н.Рериха Медлить нельзя7 , в которой художник, являющийся дарителем наследия семьи Рерихов, четко высказывает свою основную мысль: Как я Вам уже говорил, подчинение Центра Министерству культуры, а тем более Музею искусств народов Востока повело бы к неоправданному, на мой взгляд, заведомому сужению задач и возможностей Центра. Центр должен, по-моему, обладать значительной независимостью, гибкостью, возможностью функционировать поверх ведомственных барьеров, используя новые, нетрадиционные подходы, напрямую выходя на международное сообщество. Центр это порождение нового времени, новых задач, и, видимо, необходимо учитывать опыт других организаций, возникших в Советском Союзе за последнее время, использовать этот ценный опыт во благо нового начинания.

Суть концепции Центра-Музея в том, что наиболее оптимальное его функционирование может быть в статусе общественной организации (выделено авторами статьи).

 

_______________________________________________

 

1. http://izvestia.ru/news/590330#ixzz3joaD9ygY

2. http://www.roerich.spb.ru/story/direktor-sankt-peterburgskogo-gosudarstvennogo-muzeya-semi-rerihov-aleksey-bondarenko-prosit

3. http://www.icr.su/rus/katalogGNR/

4. А.В.Стеценко. Пропавшие картины Рерихов.

5. http://vtbrussia.ru/culture/rm/nikolay-rerikh-ot-baleta-do-shambaly/

6. http://www.novayagazeta.ru/inquests/44295.html

7. http://lib.icr.su/node/11